menu
person

09:37
СКАЗ О ЧЕРНОМ ПОЛКОВНИКЕ

КОТОРЫЙ НА САМОМ ДЕЛЕ БЫЛ И ОСТАЛСЯ КРАСНЫМ
Окончание. НАЧАЛО

Николай Семёнович Петрушенко, Чёрный полковник, Восточный Казахстан, легенды

Семь дней, которые потрясли нас
…5 декабря 1989 года вместе с известным журналистом Андреем Кратенко мы прилетели в Москву. Это была незабываемая неделя в столице, перевернувшая мироощущение и оставившая неизгладимый отпечаток на всю жизнь. Столица СССР в эти дни была похожа на растревоженный улей. Наверное, так она выглядела и зимой 1917-1918 гг. – повсюду возникали стихийные митинги, малолюдные и грандиозные. Если последние милиция оцепляла и пыталась контролировать, то с мелкими было сложней. Любой новоявленный революционер, мало-мальски обладающий ораторским даром, взбирался на крыльцо или вино-водочный ящик, вещая праздно-шатающимся зевакам, мгновенно скучковавшимся вокруг него, о засилье партии и мздоимстве партократов, о гонениях на Б.Ельцина, снятого тогда с поста 1 секретаря Московского горкома партии, и даже … о грядущем конце света. В целом, речи этих «цицеронов» были правильными, процентов на 90, лжи лишь на 10 – как и положено, чтобы верили. Да и цель… уже тогда начинала вызывать смутные сомнения. «Пятая колонна», проплаченная «Вашингтонским обкомом партии», подобно древесным червям, начала свою вредительскую работу, изнутри подтачивая могучее дерево первого в мире государства рабочих и крестьян. И через два года оно, лишённое могучей опоры, рухнуло.
Но тогда, ранней зимой 1989-го, я отметил, как ничтожно мало в среде митингующих представителей настоящего пролетариата. Бездельники-интеллигенты, люмпены со всех городов и весей многоплемённой державы, псевдо-артисты, пропитыми голосами декламирующие сатирические стихи на генсека Горбачёва, маршалов Язова, Ахромеева… Именно тогда начали шельмовать и оплёвывать Советскую Армию, смешивая её с грязью – от заслуженных боевых генералов до простого трудяги-солдата. Особенно много таких «чтецов» отиралось на Арбате, этаком «островке свободы», уже тогда жившем по заокеанским нормам и понятиям. Советские деньги здесь хождения не имели – все расчёты велись на «грины». Великая провокационная пропагандистская кампания была запущена, и в ней было продумано всё до мелочей. Внутри матрёшки–генсека сидела матрёшка-Язов (министр обороны СССР), внутри неё – деятели партии и правительства рангом поменьше. Но – накрывал их всех … могучий Ельцин! К слову сказать, безработный в то время. Подспудно внушалась мысль о его лидерстве. Он был везде – на заборах, дверях подъездов и сортиров, стихах «самиздата». Появлялся и живьём на тщательно спланированных митингах. Один раз удалось лицезреть его воочию – он был подтянут, бодр и ещё не отягощён алкогольными вливаниями, ставшими нормой после его прихода к власти. Борис Николаевич вещал о продажности правящего режима, правах трудящихся и росте цен. Ораторствовал смело и популистски, срывая многочисленные аплодисменты толпы. Охлос рукоплескал своему вождю: в Москве того времени хватало хлеба и деликатесов, а зрелищ было хоть отбавляй! Однако, фабрики и заводы тогда ещё работали в полном цикле, зарплата шла стабильно, и потому настоящие трудяги-рабочие были заняты делом. Подобные говорильни практически не посещали. Это потом, через два года 90% из них выкинут за ворота, ввергнув в так называемый «рынок», и заставят таскать клетчатые китайские сумки. Чтобы не помереть с голода высококвалифицированные рабочие и инженеры будут вынуждены переквалифицироваться в «челноки». А их родные цеха и НИИ «прихватизируют» бывшие «красные директора» и верхушка прозападных демократов, слившиеся в грабительском экстазе. Такова была изнанка «демократизации». Такова была политика тех, кто путём ночного Беловежского заговора захватил власть на 1/6 части суши планеты Земля. Пролетариат – опору социализма целенаправленно опустили до скотского состояния, по сути уничтожив, как класс. Заодно ударив по представителям науки, культуры и спорта. И те, чтобы выжить, стали эмигрировать из страны – мозгам и навыкам всегда найдётся настоящая цена! А некогда могучая держава катастрофически быстро стала превращаться в сырьевой придаток Запада: в «газовую трубу, руду и лес». Премьер-министр Великобритании Маргарет Тетчер беззастенчиво заявила, что для обслуживания всего этого нужно не более 15 млн. человек. И этот план мирового империализма стал выполняться: с 1991 г. в РФ и многих странах бывшего Союза смертность превысила рождаемость, и стала резко прогрессировать.
Но всё это мы осознаем гораздо позже. И поймём, что так называемая «демократическая революция» на самом деле была контрреволюцией, отбросившей Россиянию и бывшие братские республики на десятилетия назад. В то время, как Запад стремительно шагнул в новую постиндустриальную эпоху, за счёт диверсии и разграбления богатств СССР. Впрочем, это уже другая история. А та – декабрьская неделя 89-го дала толчок для размышлений и перевернула мир внутри нас…

Семь дней, которые потрясли мир
…А тогда, в декабре 89-го в Кремлёвском Дворце Съездов открылся съезд народных депутатов СССР. «Братья» из Прибалтики сразу вспомнили старые обиды. И весь, намеченный партократами сценарий сразу был порушен. Николай Петрушенко прогремел в одночасье от Москвы до самых до окраин:
-Уже в самом начале работы народных депутатов прибалты неожиданно подняли вопрос о денонсации секретных протоколов Пакта Молотова-Риббентропа. Выяснилось: контрдоводов совершенно ни у кого не было – из 2000 человек, сидящих в зале! Простите за нескромность, но я был единственным из неприбалтийцев, кто владел ситуацией, отлично знал историю. И заявил следующее: «Если выходите из состава СССР, то пусть Литва отдаст часть Белорусской территории! Там ведь во втором пункте тех документов была формулировка: принимая Литовскую ССР в состав Советского Союза, ей передаются восемь районов Белорусской ССР». Так белорусские делегаты и обратили на меня внимание. Да и все прочие. И пресса. Отмечу, что в самом начале этой «дискуссии» мне стало ясно – гнётся линия на развал СССР. Естественно, как истинный коммунист, я стал бороться с этим, как мог. Тогда-то «демократическая» пресса и окрестила меня Чёрным Полковником и «советским ястребом».
Н.Петрушенко несколько раз выступал на съезде по самым острым, наболевшим вопросам. Дважды по денонсации протоколов Пакта Молотова-Риббентропа, дважды по событиям в Тбилиси, защищая армию. На митинге в Лужниках выступил ярым оппонентом Ельцина и академика Сахарова, очернявших Вооружённые Силы, и даже сбил спесь с «демократов». Его поддержал депутат-прибалтиец, полковник авиации Виктор Алкснис, сын Героя Советского Союза – военного летчика. Раздувая скандал, псевдодемократы завопили о заговоре «черных полковников». Уже через несколько лет, сожалея, что газетная «утка» оказалась лишь сплетней, я спросил Николая Семеновича: «А был ли армейский заговор на самом деле?» И получил ответ:
- Ерунда! Армия уже была неспособна делать переворот. Это значило взять на себя задачу управлять страной. А нас бросали на уборку хлеба, картофеля, подвоз продуктов и стройки дорог… Высший генералитет поливали грязью и слева, и справа. И не только генералов – всех нас. Хотя… иногда я жалею, что мы не отвели под конвоем в народный трибунал всех этих болтунов и мародёров! Вы понимаете, о ком я…
Заговор «Черных полковников» удался в Греции в начале 70-х годов XX века. Он спас государство от развала и анархии, упрочил экономику, на 20 лет обеспечив стране и её людям благополучное существование. Как и переворот в Чили 1973 г., позволивший совершить экономический рывок на 50 лет вперёд. Но советские военачальники оказались, увы, в большинстве своём стары и нерешительны к началу 90-х. А полковники не имели реальной власти. И вышло так, как вышло. Фарс под названием ГКЧП в августе 1991 г. позорно провалился. Ни в Москве, ни позже в Беловежской пуще не оказалось ни одного решительного офицера, который бы разом пресёк измену…
- Путч я встретил на Семипалатинском ядерном полигоне, где мы вместе с известным журналистом Невзоровым заходили в штольню подземного взрыва пятилетней давности… А тут в Москве громыхнуло такое!.. Утреннее заседание ВК обкома в полной растерянности, никто ничего не слышал толком, кроме музыки из «Лебединого озера». Тогда рублю по-полковничьи: «Как представитель высшей государственной власти страны требую одного – выполнения требований ГКЧП!». После дружной тишины все неожиданно меня поддержали – почувствовали возвращение старых времён и воспряли духом. Я на самолет и в Москву, где вижу полный паралич новой власти. Путчисты дрожали, они пошли не к рабочим ЗИЛа, как требовала депутатская фракция «Союз», где я был сопредседателем, а на пресс-конференцию, где у них голоса позорно отказывали. И мне всё стало ясно… Тем не менее я требовал действий: ходил к секретарю ЦК Бакланову, к самому Лукьянову, но всё катилось под откос. А моих полномочий было явно недостаточно. Вот если б под моей рукой была кадровая дивизия..! И рабочих надо было вывести на улицы – разогнать всю эту болтливую сволочь… Когда ГКЧП рухнул, меня вызвали в прокуратуру РФ, где допрашивали в качестве свидетеля 4 часа кряду. Можете не верить, но я хотел иного – быть представленным на суде, как пособник гэкачепистов. Но все обвинения с меня сняли.
Единственное, что удалось – быть общественным защитником члена ГКЧП генерала Варенникова. Думайте, как хотите, но такие люди, как генерал Варенников и полковник Петрушенко тоже нужны. Хотя бы для того, чтобы не дрогнула рука, когда надо будет подписать приговор военного трибунала об осуждении за преступления режима.
В те декабрьские дни 89-го Н.Петрушенко познакомился с Егором Гайдаром, но не сошелся во взглядах и схлестнулся по многим позициям. Как стойкий антирыночник, как сторонник политики единого социалистического лагеря.
- У меня есть все основания теперь со злорадством показывать на сегодняшние проблемы. Если 20 лет назад я видел плакаты «Долой реакционера Петрушенко!» и «Да здравствует рынок!», то уже сейчас рыночных настроений поубавилось. Люди, наконец, прочухали, кто был прав, а кто виноват. Что касается моей деятельности и всей жизни – главное, я не дрогнул, остался верен своим взглядам относительно единства республик бывшего Союза. Всепланетному жандарму – США – нужен реальный противовес. По отдельности Россия, Украина, Беларусь, Казахстан, Армения и другие не выстоят. Единственное, в чём я каюсь – слишком поздно раскусил Горбачёва, его манеру строить политику дрожащими руками… Что осталось после меня в Восточном Казахстане? Мост в Шемонаихе. Созданная экологическая прокуратура и закрытый полигон для захоронения радиоактивных отходов. Реабилитирован незаконно осужденный Ушум Сулейманов. Я не злоупотреблял депутатскими полномочиями. Ни разу не съездил за границу, хотя имел персональное приглашение от президента Ирака Саддама Хусейна. Не заимел московской квартиры. Остальное – пусть скажут люди…
В середине 90-х Н.Петрушенко уехал из Восточного Казахстана, переселившись в Беларусь. В этом островке социализма ему живётся и дышится гораздо вольготнее. К нему обращаются за помощью много переселенцев, и никому Николай Семенович не отказывает. Входит в положение, помогает в решении нелегких проблем.
Он по-прежнему верен себе, и о будущем утверждает предельно чётко и ясно:
- Вот увидите: нынешняя система власти рухнет в один прекрасный день неожиданно для всех. И чему удивляться, если мы уже видели на своём не столь долгом политическом веку, как рушилась куда более солидная, казалось бы, политическая конструкция – СССР, потому что отставала от времени перемен.

Сергей ВАСИЛЬЕВ

Автор Flash!

Категория: Восточный Казахстан | Просмотров: 2216 | Добавил: yk | Теги: черный полкавник, Николай Петрушенко, легенды Рудного Алтая | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0

Поделись новостью с друзьями в социальных сетях

avatar