После завершения олимпийской индивидуальной гонки на 15 км на вопросы ответила казахстанская спортсменка Елена Хрусталева, которая завоевала серебряную медаль, уступив только норвежке Туре Бергер.

— Рассчитывали ли вы на такой результат после пятого места в гонке преследования?
— Да, я верила, что смогу выступить лучше, чем в пасьюте. Я сумела провести работу над ошибками, и сегодня моя стрельба была отличной, и лыжи катили очень здорово. Мне кажется, я все сделала сегодня здорово, что позволило мне выйти на второе место.

— Впервые на Олимпиадах сборная Казахстана по биатлону получила медаль. Может, вы чувствуете теперь важность такого исторического события?
— Чувствую ли я какую-то важность? Не знаю. Это результаты моей проделанной работы.

— С Россией у вас остались ли какие-то связи?
— А что значит связи? Я общаюсь со всеми, звоню и поздравляю своих бывших тренеров с праздниками, советуюсь с ними.

У меня нет такого, что я как-то зла на Россию, которая дала мне всю основу и базу в биатлоне.

— Воспитанницей какой школы вы себя считаете?
— Так получилось, что и в Красноярске, и в Белоруссии, куда я потом поехала, у меня был, так сказать, неосознанный биатлон. Думаю, что как раз осознанный биатлон в плане тренировок у меня был в Новосибирске, где я тренировалась последние четыре года. Там уже было все более индивидуально, через себя пропускала тренировки.

— Насколько сложно было тогда искать себя?
— Когда я уходила, то начинала для себя все сначала. И спасибо Казахстану, который поверил моим прошлым результатам. Я искала свободы в тренировках, свободы в передвижении и я это нашла.

— Далеко не все знают историю вашего перехода из России в Казахстан. Можете рассказать несколько подробнее?
— Если подробнее, то времени не хватит.

А если вкратце, то вернувшись из Белоруссии в Россию и отбегав там три года, я поняла, что в России ничего не меняется. Если ты не в первом составе, то ты никто, и пробиться в первый состав очень сложно. Тренировавшись с командой, я поняла, что у меня нет результата, и что тренировочный процесс команды мне не подходит. Это все равно, что учиться в 10-м классе 10 лет подряд. Одни и те же старты — Кубки России, а пределом мечтании является попадание в призеры чемпионата Европы. И если ты попадаешь в основную обойму, то не факт, что тебя поставят туда, куда ты попал. И для себя я не увидела дальнейших перспектив роста в России и решила-либо бросать со спортом, либо куда-то уходить. Бросать не хотелось, так как я получаю удовольствие от биатлона. Я полистала список стран, куда я могу уехать, и решила, что это будет Казахстан. И меня никто не держал, у меня никаких контрактов с Россией, в которой по договору я отработала четыре года.

— Сколько времени ушло на переход в другую страну?
— У меня ушло три года, чтобы я там обосновалась: гражданство, прописка, меня признали там как спортсмена. Паспорт у меня уже есть.

— Где вы время больше проводите — в России или в Казахстане?
— В Казахстане. До этого у меня было минимум условий. Единственное, что после шестого места на чемпионате мира республиканская школа стала снимать квартиру. Надеюсь, теперь я смогу ее получить.

— Сколько, если не секрет, обещает казахстанская федерация биатлона за медаль на Олимпиаде?
— За второе место не знаю, а за первое — $250 тыс (Хрусталева получит 150 тысяч долларов — Today.kz).

— В Казахстане вам работать комфортней?
— Мне там тренироваться по кайфу, потому что я сама себе хозяйка.
Сама искала себе место и сама нашла. Я не боюсь не занять какой-то определенный результат на этапах Кубка мира и не ощущаю прессинга ни со стороны федерации, ни со стороны тренерского состава. В России чувствовалось напряжение, если бы ты плохо выполнил что-то на тренировке.

— Но сейчас будете теперь ощущать ответственность перед Казахстаном?
— На этой Олимпиаде я сделала уже максимум. Будет еще одна гонка — масс-старт, которую я хочу и буду бежать. Буду бороться. Но ответственности за этот сезон я не чувствую. На следующий сезон — это да, поскольку будут Азиатские игры. Для Казахстана эти Игры имеют очень большое значение, как вторая Олимпиада. Цели поэтому будут поставлены самые высокие, и я буду их выполнять.